Реферат Уголовное право в феодальной Европе

Содержание

Введение 3
Глава 1. Уголовное право средневековой Франции…………………………….5
Глава 2. Уголовное право средневековой Германии………………………….10
Глава 3. Уголовное право средневековой Англии……………………………..15
Заключение 18
Список использованных источников 21

Введение

В раннее Средневековье (приблизительно до XV в) в области уголовных преступлений и наказаний господствовали постановления обычного права. [10; 42] Наиболее полное представление о раннефеодальном праве дают так называемые «варварские правды», в которых были записаны многообразные правовые обычаи, устоявшиеся образцы судебных решений германцев. Одна из самых древних — Салическая правда, составленная в правление Хлодвига в конце V — начале VI в. Рипуарская правда — судебник другого франкского племени в своей основной части сложился в VI в., но известен и в редакции VIII в.
Вестготская правда в первой, полной редакции появилась в VI—VII вв. В ее основе был свод законов короля вестготов Эриха (466—489 гг.), расширившего свои владения в Галлии и получившего независимость от римских императоров. Вслед за вестготами бургунды приступили к созданию собственного судебника. Создавая его, они вместе с практическими целями преследовали и цели политико-символические — закрепления своего господства над территориями, освобожденными от власти Рима.
Аламаннская и Баварская правды появились в VIII в. Саксонская и Тюрингская правды известны в редакции конца VIII — начала IX в. Создавались «варварские правды» королями вместе со «знатнейшими» (епископами, герцогами, графами) и «собравшимся народом», как записано в Аламаннской правде, или «с князьями и всем народом христианским», как указано в Баварской правде. [6; 101]
Все судебники, написанные тремя и более столетиями позже Салической правды, при всей архаичности их норм свидетельствуют о новом этапе развития феодальных отношений. Все они написаны также под значительным влиянием римского и церковного права. Близки по содержанию «варварским правдам» и англосаксонские записи норм обычного права, такие как Правда Этельберта (VI в.), Правда Инэ (около 690 г.), а также скандинавские провинциальные судебники XII—XIV вв.
Особое место среди судебников занимает свод законов (эдикт) остготского короля Теодориха, написанный в V в., содержание которого в ряде статей явно опережает свое время, что было связано с особыми условиями образования остготского королевства на Апеннинском полуострове.
«Варварские правды» — судебники, руководства для судей. Вместе с тем они не являются сборниками систематически изложенных правовых норм, касающихся всех сторон жизни раннеклассового общества.
Для «варварских правд» характерно также подробное описание различных процедур и ритуальных действий, что свидетельствует об их огромном значении в раннефеодальном праве.
Большая часть статей в «варварских правдах» посвящена, если использовать современную терминологию, преступлениям и наказаниям. Под деликтом — преступлением в «варварских правдах» понимались прежде всего обида, вред, причиненный личности или имуществу другого, и нарушение «королевского мира». Соответственно под наказанием понимались возмещение, компенсация за эту обиду или вред.
Главная цель композиции, штрафа, у германцев — предотвращение прямых боевых действий, кровной мести, дальнейшей междоусобицы, вражды между дворами, кланами, родами и пр., возникающей вследствие «нарушения чести».[6; 122]
В дальнейшем нормы уголовного права содержались в королевских ордонансах, но ни обычаи, ни ордонансы не исчерпывали всего содержания уголовного права. Значительная часть преступлений — их состав, основания ответственности — устанавливалась судебной практикой. Система выкупа прекратила свое существование. Преступные деяния, по крайней мере, более важные, стали признаваться нарушением общественного порядка и влекли за собой наказания, применяемые государственной властью.

Глава 1. Уголовное право средневековой Франции.

В истории французского права нашли свое наиболее полное отражение типические черты средневекового права Западной Европы. Важнейшим источником права, придававшим ему особую пестроту, был обычай. К Х в. во Франции практически перестали действовать Салическая правда и другие варварские обычаи, которые применялись по персональному принципу. На смену им в условиях феодальной раздробленности пришли территориальные правовые обычаи (кутюмы) отдельных регионов, сеньорий и даже общин. В рамках крупных феодальных владений (Нормандия, Анжу, Бретань и др.) они отличались большим разнообразием. [6; 126]
Наиболее известным и популярным в средневековой Франции, стал сборник обычаев — Кутюмы Бовези (около 1283 года), автором которых был королевский бальи Филипп де Бомануар. За Кутюмами Бовези последовал ряд других подобных сборников: Кутюмы Тулузы (1296 год), Древний кутюм Бретани (1330 год). Особым авторитетом в судах пользовался сборник Большой кутю Франции, составленный в 1389 году.
В IX—XI вв. во Франции в основном продолжала существовать система преступлений и наказаний, восходящая к раннему средневековью. Преступление рассматривалось как действие (частная обида), затрагивающее интересы отдельных лиц, а наказания, которые еще не были отмечены печатью жестокости, сводились прежде всего к компенсации за вред, причиненный частным лицам.
Однако к XI—XII вв. феодальные черты уголовного права раскрываются достаточно полно. Преступление перестает быть частным делом, а выступает как «нарушение мира», т.е. утвердившегося феодального правопорядка. Получают развитие такие качества уголовного права, как уголовная ответственность без вины, жестокость наказаний, неопределенность составов преступлений. Если еще в среде самих феодалов вопрос о преступлениях и наказаниях рассматривался в «суде равных», исходя из правовых обычаев и представлений о феодальной чести, то по отношению к подвластному крестьянскому населению сеньор в уголовных делах был по существу одновременно и законодателем и судьей. Он мог применять уголовную репрессию против крестьян за самые различные проявления неповиновения, вплоть до невыполнения сеньориальных повинностей.
С постепенной централизацией государства и усилением королевской власти в XIII—XV вв. ослабляется сеньориальная юрисдикция и возрастает роль законодательства королей в развитии уголовного права, которое все более приобретает репрессивный характер. Расширяется круг дел, которые рассматриваются как тяжкие преступления и входят в категорию так называемых «королевских случаев» (фальшивомонетничество, убийство, изнасилование, поджоги и т.д.). Короли своим законодательством начинают активно вмешиваться и в религиозную сферу, дополняя нормы канонического права. Так, еще в 1268 году Людовик IX издал ордонанс, предусматривающий особое наказание за богохульство. Появляется ряд новых составов преступлений, связанных с понятием «оскорбление величества». Окончательному исчезновению представления о преступлении как «частном деле» способствовал Великий мартовский ордонанс 1357 года, который предусматривал запрет на замену наказания денежной компенсацией. По требованию сословий король лишался права помилования лиц, совершивших тяжкие преступления. [6; 117]
Вплоть до революции 1789 года уголовная ответственность того или иного лица непосредственно связывалась с его сословным положением. К дворянам лишь в исключительных случаях применялись телесные наказания, которые обычно заменялись штрафами и конфискациями имущества, не допускалась смертная казнь через повешение. Особая система уголовной ответственности существовала для духовенства. Вместе с тем полностью отбрасывались всякие представления о законности в случаях подавления городских и крестьянских восстаний, когда окончательно исчезали разграничения между судебной и внесудебной расправой.
В средневековом уголовном праве Франции допускалось объективное вменение, т.е. уголовная ответственность без вины. Так, в королевских законах за некоторые политические преступления предусматривалась коллективная ответственность членов городских корпораций, а также членов семьи преступника, в том числе его детей. Законодательство и кутюмы в принципе знали понятие — невменяемости, т.е. неспособности человека в силу психического расстройства осознавать значение своих действий. Но по ряду преступлений, в том числе за «оскорбление величества», к уголовной ответственности привлекались умалишенные и малолетние. Уголовному «преследованию» подвергались даже трупы преступников, а также животные и предметы, явившиеся причиной смерти человека.
В период абсолютизма законодательство особо детализирует составы преступлений, направленных против короля, французского государства и католической церкви. В связи с этим значительно расширяется круг действий, которые подпадают под понятие «оскорбление величества». Наиболее тяжкими считались покушения на короля или членов его семьи и заговор против государства.
Разнообразными были и религиозные преступления: богохульство, кощунство и святотатство, колдовство, ересь и т.д. Понятие «ересь», как и понятия других религиозных преступлений, отличалось особой неопределенностью и менялось на разных этапах развития французского государства. Наиболее массовый характер преследование еретиков получило в период Реформации, особенно после эдикта Генриха II в 1547 году, предписавшего сжигать на кострах всех протестантов. Гонения на кальвинистов (гугенотов) в это время вылились в массовые внесудебные расправы (в 1572 году в Варфоломеевскую ночь было убито 2 тыс. человек), в кровопролитные религиозные войны XVI—XVII вв. [6; 133]
В связи с процессом первоначального накопления капитала и массовым разорением крестьянства королевскими ордонансами были предусмотрены специальные меры уголовной репрессии против бродяг, нищих и безработных, ставившие своей целью создание системы наемного труда. Незадолго до революции это законодательство пополнилось очередным королевским ордонансом (в 1764 году), по которому лица, не имеющие средств к существованию, посылались на тяжелые работы на галерах.
Так же как и преступления, наказания не были четко определены в королевском законодательстве, их применение во многом зависело от усмотрения суда, от сословного положения обвиняемого. Целью наказания стало возмездие и устрашение. Приговоры приводились в исполнение публично, с тем, чтобы страдания осужденного вызывали страх у всех присутствующих. Смертная казнь применялась в разнообразных формах: разрывание на части лошадьми, четвертование, сожжение и т.д. Многочисленными были членовредительские и телесные наказания: отрезание языка, отсечение конечностей, терзание раскаленными щипцами и т.д. Широко стало применяться и тюремное заключение, которое в более ранний период предусматривалось главным образом церковными судами. В качестве основного и дополнительного наказания использовалась и конфискация имущества, что было выгодно королевской казне, когда дело касалось больших состояний буржуа.
В уголовном праве Франции четко проявилась и такая специфически средневековая черта, как явное несоответствие тяжести наказания характеру преступления. Она усугублялась произволом королевских судей, особенно злоупотреблявших конфискацией имущества, что вызывало большое недовольство французской буржуазии, передовые идеологи которой подвергли в XVIII в. сокрушительной критике всю систему дореволюционного уголовного права.
Вплоть до конца XII в. судебный процесс, как это было ранее у франков, сохранял в основном обвинительный характер. Большое распространение получает судебный поединок, который проводился при взаимном согласии на то сторон или же в случае, когда одна из них обвиняла противника во лжи. Правовые обычаи детально регламентировали процедуру судебной дуэли.
К этому времени розыскная (инквизиционная) форма процесса, называвшаяся еще римско-католической, утверждается в церковных судах, а с XIII в. постепенно вводится в судах короля и крупных феодалов. Вплоть до XV в. розыскной и обвинительный процессы существовали как бы параллельно, но последний постепенно начал выходить из употребления в связи с отменой важных традиционных видов доказательств («божьего суда») — ордалий и судебного поединка.
Окончательное закрепление розыскного процесса происходит с утверждением абсолютизма путем издания серии королевских актов: ордонанса 1498 года, эдикта 1539 года и Большого уголовного ордонанса 1670 года. Правда, первоначально этот процесс именовался экстраординарным, но именно он применялся в большинстве важных уголовных дел.
Само судебное рассмотрение дела проходило в закрытом заседании, причем решающее значение придавалось материалам, собранным в ходе следствия. Полноценным доказательством вины обвиняемого были, кроме собственного признания, показания двух «заслуживающих доверия» свидетелей, письма самого обвиняемого, протоколы, составленные на месте преступления, и т.д.
До XIII в. судебные приговоры считались окончательными и не подлежали обжалованию. Лицо, недовольное решением судей, могло вызвать их на судебный поединок и последовательно драться с каждым из них. Обжалование в суд вышестоящего сюзерена было возможно только в случае «ошибки в праве».[6; 142]

Глава 2. Уголовное право средневековой Германии

В период с V по XI в. архаическое «народное» право восточных франков имело племенной характер, и в его основе лежали такие принципы, как святость обычая, коллективная «совесть» и ответственность сородичей, кровная месть (с постепенным вытеснением ее композицией — денежными возмещениями), коллективное правосудие с применением «божьего суда» (ордалии), соприсяжничества и иных символических обрядов.
Важную роль в развитии германского права сыграли местные систематизации норм обычного права, включавшие в себя также положения имперского законодательства и судебную практику («Саксонское зерцало», «Швабское зерцало», «Франконское зерцало» и т.п.). Действие норм и принципов этих сборников выходило далеко за пределы мест, где они были изданы, и способствовало определенной унификации права.
Важный вклад в создание общегерманских принципов уголовного права был внесен в 1532 году изданием уголовного и уголовно-процессуального уложения Карла V («Каролины»). Изданная как общеимперский закон, «Каролина» провозглашала верховенство имперского права над правом отдельных земель, отмену «неразумных и дурных» обычаев в уголовном судопроизводстве в «местах и краях». Вместе с тем она допускала сохранение для курфюрстов, князей и сословий их «исконных и справедливых обычаев». Однако поскольку уложение вполне соответствовало как политическим интересам княжеской верхушки, так и современным требованиям уголовного права и процесса, оно было общепризнано в качестве источника права во всех землях. На основе «Каролины» образовалось общее немецкое уголовное право.
С XIII в. в землях Германии активно развивается княжеское законодательство, ограничивающее использование обычая и содержащее новые нормы уголовного, наследственного и торгового права, распространяющиеся на всех свободных подданных. Завершение процесса оформления собственных правовых систем в княжествах связано с кодификацией местного права в XVII—XVIII вв., в эпоху утверждения «княжеского абсолютизма». Так, в середине XVIII в. издаются уголовное уложение и Гражданский кодекс в Баварии, в 1768 году в Австрии издается уголовное уложение «Терезиана», а в 1787 году там же — новое уголовное уложение.
Принципы наказания определялись характером преступления и преступника. Учитывались «дерзость» преступления, а также рецидив. За имущественные правонарушения полагалось в основном возмещение ущерба. Соучастники наказывались аналогично преступнику.
Особо оговаривалась опала — объявление императором человека «вне закона», что означало лишение чести и всех прав. Сознательно укрывающие объявленного «вне закона» подлежали равному с ним наказанию, включая города, которым грозило уголовное преследование и разрушение стен.
К общим понятиям уголовного права, известным «Каролине», можно отнести умысел и неосторожность, обстоятельства, исключающие, смягчающие и отягчающие ответственность, покушение, соучастие. Эти понятия, однако, не всегда были достаточно четко сформулированы и излагались применительно к отдельным видам преступлений и наказаний.
Ответственность за совершение преступления, по «Каролине», наступала, как правило, при наличии вины — умысла или неосторожности. Однако феодальное уголовное право Германии нередко устанавливало ответственность и без вины, за вину другого лица («объективное вменение»). Кроме того, применявшиеся методы установления виновности часто влекли за собой осуждение невиновного человека.
Обстоятельства, исключающие наказание, подробно излагаются в «Каролине» на примере убийства. Так, ответственность за убийство не наступала в случае необходимой обороны, при «защите жизни, тела и имущества третьего лица», задержании преступника по долгу службы и в некоторых других случаях. Убийство в состоянии необходимой обороны считалось правомерным, если убит был нападавший со смертельным оружием и если подвергшийся нападению не мог уклониться от него. «Каролина» предусматривает и некоторые смягчающие обстоятельства.
К ним относились отсутствие умысла («неловкость, легкомыслие и непредусмотрительность»), совершение преступления «в запальчивости, и гневе». Смягчающими обстоятельствами при краже считались малолетний возраст преступника (до 14 лет) и «прямая голодная нужда». Гораздо более многочисленными являются отягчающие вину обстоятельства: публичный, дерзкий, «злонамеренный» и кощунственный характер преступления, повторность, крупный размер ущерба, «дурная слава» преступника, совершение преступления группой лиц, против собственного господина и т.п. [6; 150]
В судебнике различаются отдельные стадии совершения преступления, выделяется покушение на преступление, которое рассматривается как умышленное деяние, не удавшееся вопреки воле преступника. Покушение наказывалось обычно так же, как оконченное преступление. При рассмотрении соучастия уложение чаще всего упоминает пособничество. Законоведы того времени различали три вида пособничества: помощь до совершения преступления; на месте преступления (совиновничества); после его совершения. В последнем случае от «корыстного сообщничества» отличалось «укрывательство из сострадания», влекущее более мягкое наказание.
«Каролина» не классифицировала составы преступления, а лишь перечисляла их, располагая в более или менее однородные группы. Прежде всего указывались преступления против религии — богохульство, кощунство, колдовство, нарушение клятвы, а также преступления, несовместимые с христианской моралью, — распространение клеветнических пасквилей, подделка монеты, документов, мер и весов, объектов торговли. К ним примыкали преступления против нравственности: прелюбодеяние, двоебрачие, кровосмесительство, сводничество, изнасилование, похищение женщин и девушек.
К государственным преступлениям относились измена, бунт против властей, различные виды нарушений «земского мира» — вражда и месть, разбой, поджог, злостное бродяжничество. Косвенно упоминалось оскорбление императорского величества.
В группе преступлений против личности выделялись различные виды убийства, а также самоубийство преступника, в результате которого наследники могли лишаться права наследования. Преступления против собственности включали многочисленные виды кражи, недобросовестное распоряжение доверенным имуществом. Специально оговаривались кража в церкви, а также такие виды кражи, которые были характерны для малоимущих слоев населения (плодов и урожая, рыбы, леса). Наконец, упоминались некоторые преступления против правосудия — лжесвидетельство, незаконное освобождение заключенного охранником, неправомерный допрос под пыткой.
Хотя в преамбуле «Каролины» имелось утверждение о равном правосудии для «бедных и богатых», во многих статьях подчеркивалась необходимость при назначении наказания учитывать сословную принадлежность преступника и потерпевшего лица.
Широта судейского усмотрения в «Каролине» была ограничена лишь формально указанием на верховенство императорского права при определении высшего предела наказания. Судьи могли по своему усмотрению назначать одно или несколько рекомендованных наказаний, применять местные обычаи, а в затруднительных случаях прибегать к разъяснениям законоведов.
Вся система наказаний определялась основной целью карательной политики — устрашением. В «Каролине» содержатся следующие основные виды наказания: смертная казнь, членовредительские наказания (урезание языка, ушей и т.п.); телесные наказания (сечение розгами); позорящие наказания (лишение прав, выставление у позорного столба в железном ошейнике, клеймение); изгнание; тюремное заключение; возмещение вреда и штраф. Смертная казнь была прямо предписана или могла быть применена за подавляющее большинство преступлений, причем в квалифицированной форме (сожжение, четвертование, колесование, повешение, утопление и погребение заживо — для женщин). Телесные и членовредительские наказания могли назначаться за обман и кражу. Тюремное заключение, изгнание и позорящие наказания чаще применялись как дополнительные, к которым относились также конфискация имущества, терзание раскаленными клещами перед казнью и волочение к месту казни. Вместе с тем «злонамеренных» и «способных на дальнейшие преступные действия»[6; 159] лиц предписывалось заключать в тюрьму на неопределенный срок.
«Каролина» ознаменовала утверждение нового вида уголовного процесса. В период раннего феодализма в Германии применялся обвинительный (состязательный) процесс. Не было разделения гражданского и уголовного видов процесса.
В XIII—XIV вв. частноправовой принцип преследования начинает дополняться обвинением и наказанием от имени публичной власти. Изменяется система доказательств. В конце XIII в. был законодательно упразднен судебный поединок. Однако окончательное утверждение нового, следственно-розыскного (инквизиционного) уголовного процесса происходит в Германии в связи с рецепцией римского права.
Основная форма рассмотрения уголовных дел в «Каролине» — инквизиционный процесс. Обвинение предъявлялось судьей от лица государства. Следствие велось по инициативе суда и не было ограничено сроками. Широко применялись средства физического воздействия на подозреваемого. Основными стадиями инквизиционного процесса были дознание, общее расследование и специальное расследование.

Глава 3. Уголовное право в средневековой Англии

Нормы средневекового уголовного права в значительной степени были созданы судебной практикой. Уголовное статутное право представляло собой среди его источников не что иное, как воспроизведение (полное или в более или менее измененном виде) соответствующих норм «общего права». Сложившегося комплекса норм, относящихся к «общей части», английское уголовное право не знало. До XII в. в праве господствовало представление об объективной ответственности. Долгие века английское уголовное право касалось главным образом преступных действий (убийства, разбоя, похищения детей, насилия над женщиной, ночного воровства со взломом), исключая преступное бездействие. Все вышеперечисленные преступные деяния предполагали злой умысел.
С начала XII в. под влиянием римского и канонического права стали утверждаться взгляды о наличии вины как основания ответственности.
В средневековом уголовном праве сложилось деление всех преступлений, ставшее традиционным, на три группы: измена (treason), фелония (felony) и мисдиминор (misdimeanour). Другая классификация преступлений носила чисто процессуальный характер. Это — преступления, которые преследовались по обвинительному акту и рассматривались в суде присяжных, и малозначительные правонарушения, которые рассматривались в суммарном порядке. [6; 211]
Первым в XIII в. сложилось понятие фелонии, которая каралась, наряду со смертной казнью, конфискацией имущества. К числу фелонии и относились такие тяжкие преступления, как тяжкое убийство, простое убийство, насильственное проникновение в чужое жилище ночью с целью совершения фелонии, похищение имущества и др. Самым тяжким преступлением стала измена, выделившаяся из числа других преступлений в XIV в. Измена могла быть совершена по «общему праву» или посредством нарушения долга верности королю со стороны его подданных, что называлось великой изменой, или — долга верности подчиненного человека своему господину. В этом случае признавалось изменой только умерщвление вышестоящего лица, например, убийство вассалом своего сеньора, женой — мужа или священником — своего епископа.
Этот перечень дополнялся другими преступлениями против государственной безопасности, известными «общему праву»: призыв к мятежу, незаконное сборище в целях учинения беспорядков , а также сговор, соглашение двух или более лиц с противозаконными намерениями.
Мисдиминор развился постепенно из правонарушений, ранее влекущих за собой лишь взыскание причиненного ущерба в гражданском порядке. Со временем включение в эту группу серьезных преступлений, таких, как мошенничество, изготовление фальшивых документов, подлог, стирало принципиальные различия между фелонией и мисдиминором. Способствовала этому и возможность выбора той или иной формы иска при совершении преступлений. В случае удовлетворения иска о фелонии, например при причинении увечья, преступник расплачивался жизнью, если же потерпевший предъявлял иск «о нарушении прав», то это преступление относилось к мисдиминорам, влекущим тюремное заключение или штраф.
Среди имущественных преступлений очень рано в качестве тяжкого был признан поджог и насильственное проникновение в чужой дом. Выделение этих фелонии было связано с сакральным отношением англичан к дому, как к замку, охраняющему его от вреда («мой дом — моя крепость»). В связи с этим поджог даже самого ветхого жилища карался сожжением самого преступника.
Цели наказаний менялись на отдельных этапах развития феодального права: от удовлетворения пострадавшего и его родни за причиненный ущерб до предотвращения повторной преступления путем устрашения (вырывание внутренностей из живого тела, выставленного у позорного столба, бичевание кнутом и пр.) В XVII веке в Англии было около 50 видов преступлений, каравшихся смертной казнью. К их числу относились такие виды смертной казни, как сожжение, колесование, четвертование. Крайняя жестокость наказания, слабо поддающегося реформированию, и в будущем была связана с тем же религиозно-моралистическим подходом к преступлению, определявшему профессионально-этические позиции судей, которым отводилась главная роль в сохранении правопорядка.

Заключение

В раннее Средневековье (приблизительно до XV в) в области уголовных преступлений и наказаний господствовали постановления обычного права. [10; 42]
В дальнейшем нормы уголовного права содержались в королевских ордонансах, но ни обычаи, ни ордонансы не исчерпывали всего содержания уголовного права. Значительная часть преступлений — их состав, основания ответственности — устанавливалась судебной практикой. Система выкупа прекратила свое существование. Преступные деяния, по крайней мере, более важные, стали признаваться нарушением общественного порядка и влекли за собой наказания, применяемые государственной властью.
Во Франции делается попытка распределить преступные деяния по разрядам. Известный юрист XIII в. Бомануар в своем трактате «Кутомы Бовези» различает три вида преступлений: тяжкие, средние и легкие.
К первым он относил ересь, измену, убийство, изнасилование, поджог, кражу и др. Эти преступления наказывались весьма строго, нередко смертью или изувечением. Средние преступления наказывались в основном штрафом, но судья мог присоединить к нему и заключение в тюрьму.
Подобное деление на виды преступлений в зависимости от тяжести знакомо и английскому праву. В XIII в. в английском уголовном праве сложилось понятие фелонии (нарушение обязанностей вассала в отношении сеньора и наоборот). К XVI в. оформилась трехзвенная система преступлений: тризн (измена), фелония (тяжкие уголовные преступления) и мисдиминор (менее тяжкие уголовные преступления). [10; 165]
В Германии были известны два вида преступных деяний: преступления и проступки. В то же время установилось деление по объекту посягательства.
Судебная практика различала три основных разряда преступлений:
1) против религии;
2) против государства;
3) против частных лиц. [9; 213]
В период абсолютизма уже существовала система преступлений и наказаний. Как общее правило получил признание принцип, согласно которому для ответственности за преступление необходима виновность правонарушителя, т.е. вместо объективного вменения наступает ответственность за личную вину. Из этого правила были, однако, исключения.
Установился принцип личной ответственности преступника. Однако и здесь допускались изъятия. В XVII в. сложилось понятие оскорбления величества; в соответствии с установившимся правилом при совершении этого преступления отвечал не только виновный, но и его нисходящие родственники.
Выбор наказания был предоставлен по большей части на усмотрение судьи, но судья не имел права создавать новые наказания, он мог применять лишь те, которые были предусмотрены действующими источниками права.
Целью наказания постепенней становится устрашение — стремление не только причинить страдания преступнику, но и жестокостью наказания воздействовать на других для предотвращения совершения ими преступлений.
Применяемые наказания отличались крайней суровостью. Довольно распространенной была смертная казнь. Наказание зависело от социального положения преступника или потерпевшего. Наиболее жестокие и мучительные виды наказаний почти не при менялись к лицам высших сословий.
В первой половине Средних веков в гражданских делах оставался порядок судопроизводства, применявшийся в королевстве франков. Его отличительная черта — формализм: стороны и свидетели были обязаны произносить установленные формулы, малейшая ошибка могла повлечь за собой неблагоприятный исход дела. Такой порядок имел, однако, и положительные стороны процесс происходил гласно и устно.
С XIII в. это судопроизводство постепенно уступает место другому, слагавшемуся в значительной мере под влиянием римского права и канонического. Судебный поединок как средство доказательства был отменен, вместо него в качестве доказательств выступали свидетели и документы. [8; 43]
Постепенно выработалась новая форма судопроизводства смешанного характера. Подготовка к рассмотрению дела (допрос свидетелей, осмотры и т.п.) производилась особо уполномоченным на то судьей непублично и письменно — в виде составления протоколов.
Судебное следствие происходило в устной форме и публично. В судопроизводство проникает так называемая формальная теория доказательств, состоявшая скорее в подсчете доказательств, чем в их оценке. Так, один свидетель не считался достаточным, были необходимы показания двух свидетелей; показания некоторых лиц расценивались как половинные или даже в размере четверти нормального свидетельского показания.
По уголовным делам суды стали переходить к следственно-розыскному процессу. Уже в XII в. допускалось применение пытки.
Характерные черты следственного процесса: обширная инициатива судебных органов в возбуждении уголовного преследования и расследовании дела (собирание доказательств этими органами), негласность судопроизводства, письменность, ограничение процессуальных прав обвиняемого.

Список использованных источников

  1. Всеобщая история государства и права зарубежных стран / Под ред. К.И. Батыра. — М.: Наука, 1996.- 358с.
  2. Галанза П. Н. Феодальное государство и право.- М., 1963.- 220 с.
  3. Дрожин В. Правосудие в средние века //Рос. Юстиция.- 1995.- №1.- С. 31-35
  4. История государства и права зарубежных стран (рабовладельческое и феодальное государство и право) / Под ред. П.Н. Галанзы, Б.С. Громова. — М.: Политиздат, 1980.- 418с.
  5. История государства и права зарубежных стран. Часть 1. Учебник для вузов. Под ред. проф. Крашенинниковой Н.А и проф. Жидкова О. А — М.: Издательская группа НОРМА— ИНФРА — М, 1998. — 480 с.
  6. История государства и права зарубежных стран: Учебник / Под. ред. Жидкова и Н.А. Крашенинниковой. Ч.1 и Ч.2. М.: Наука, 2002.
  7. История государства и права зарубежных стран. Краткий учебный курс / Под ред. М.М. Борисевича. М.: Юриспруденция, 2001.
  8. Общая теория права и государства. Лазарев В.В. – М.: Софит, 2003. – С. 42-44.
  9. Качановский Ю. В. Феодальное право Западной Европы. – Хабаровск, 1997. – С. 213.
  10. Основы государства и права. / Под ред. О. Е. Кутафина. – М.: Юрист 1996. – С. 165.
Оцените статью
Поделиться с друзьями
BazaDiplomov